Катарско-турецкий и саудовско-эмиратский блок: борьба за влияние в Судане
Катарско-турецкий и саудовско-эмиратский блок: борьба за влияние в Судане
Аннотация
Код статьи
S032150750019730-5-1
Тип публикации
Статья
Статус публикации
Опубликовано
Авторы
Хайруллин Тимур Радикович 
Должность: Научный сотрудник Центра цивилизационных и региональных исследований, ИАфр РАН; научный сотрудник Центра политологических исследований, Финансовый университет при правительстве РФ
Аффилиация:
Институт Африки РАН
Финансовый университет при правительстве РФ
Адрес: Российская Федерация, Москва
Коротаев Андрей Витальевич
Должность: Зав. лаб. НИУ ВШЭ; ст.н.с. СПбГУ; вед.н.с. ИАфр РАН
Аффилиация:
заведующий Лабораторией мониторинга рисков социально-политической дестабилизации НИУ ВШЭ, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН
профессор факультета глобальных процессов МГУ имени М.В.Ломоносова (ФГП МГУ)
Адрес: Российская Федерация, Москва
Выпуск
Страницы
29-36
Аннотация

Статья посвящена анализу противостояния катарско-турецкого и саудовского-эмиратского блоков за влияние в Республике Судан. Выяснено, что, помимо традиционной борьбы за продвижение интересов между Саудовской Аравией и Ираном, в Судане на геополитической арене появился новый игрок в лице Катара и Турции.

Особую активность по укреплению своих позиций катарско-турецкий блок проявил в период событий «арабской весны», вызвав реакцию со стороны Саудовской Аравии и его союзника - Объединенных Арабских Эмиратов. Для ослабления турецко-катарско-суданских отношений саудовско-эмиратский блок оказал финансовую и материальную помощь Хартуму, находившемуся в тяжелой социально-экономической ситуации после отделения Южного Судана. Однако усилия Саудовской Аравии и ОАЭ оказались неэффективными и вынудили их прибегнуть к более решительным действиям. В результате саботажа со стороны военных и экономических элит, поддержанных саудовско-эмиратским блоком весной 2019 г. 30-летний суданский режим О. аль-Башира был свергнут.

К власти пришла военная элита, которая сумела ослабить социально-экономическое напряжение в стране. Немаловажную роль в этом сыграла финансовая и военная помощь Эр-Рияда и Абу-Даби. Падение режима О. аль-Башира нанесло серьезный удар по позициям Катара и Турции в Судане, параллельно укрепив саудовско-эмиратские позиции. Несмотря на это, Катар и Турция не потеряли надежду на восстановление своего влияния в Судане и продолжают попытки наладить дипломатические, финансовые, военные и культурные отношения.

Ключевые слова
исламизм, Ближний Восток, «Братья-мусульмане», Арабский мир, «арабская весна», катарско-турецкий альянс, саудовско-эмиратский блок
Источник финансирования
Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского научного фонда. Проект № 19-18-00155.
Классификатор
Получено
30.12.2021
Дата публикации
22.04.2022
Всего подписок
0
Всего просмотров
621
Оценка читателей
0.0 (0 голосов)
Цитировать Скачать pdf 100 руб. / 1.0 SU

Для скачивания PDF необходимо авторизоваться

Полная версия доступна только подписчикам
Подпишитесь прямо сейчас
Подписка и дополнительные сервисы только на эту статью
Подписка и дополнительные сервисы на весь выпуск
Подписка и дополнительные сервисы на все выпуски за 2022 год
1 ВВЕДЕНИЕ
2 Нестабильность в Арабском мире, представленная, в первую очередь, ливийским, сирийским и йеменским кризисами является прямым продолжением революционных событий «арабской весны». Важное значение в условиях социально-политической дестабилизации имеет борьба региональных игроков за лидерство. Одним из ключевых игроков, заявивших о себе в период событий «арабской весны» и по-прежнему оказывающих существенное влияние на формирование политической повестки в Арабском мире, является альянс Катара и Турции.
3 Стремление к региональному лидерству этих стран не случайно. Турция, проводя активную внешнеполитическую стратегию, пытается опираться, в т.ч., на политику неоосманизма, предполагающую, прежде всего, возвращение былого величия, которым обладала Турция в период существования Османской империи. В свою очередь, Катар, используя целый ряд инструментов (финансовый, дипломатический, религиозный, информационный), стремится стать самостоятельным игроком, который не зависит от политики других монархий Персидского Залива во главе с Саудовской Аравией. На поиск самостоятельной внешнеполитической стратегии Катар подтолкнули недружественные действия и угроза государственного переворота со стороны саудовского королевства в 1990-е гг. [1].
4 Более того, обоюдное желание Анкары и Дохи совместными усилиями укрепить лидерские позиции в регионе также неслучайно. Для Турции в одиночку реализовать такого рода стратегию было бы довольно сложно в силу, как минимум, этнического фактора. В свою очередь, катарская монархия слишком мала, чтобы противостоять таким региональным гигантам, как Саудовская Аравия или Египет.
5 В данной ситуации сближение Турции (обладающей военным потенциалом, сравнимым с военной мощью Саудовской Аравии и Ирана) с Катаром (обладающим колоссальным финансовым ресурсом и арабской идентичностью) способствовало формированию очень эффективного альянса, бросившего вызов растущей гегемонии Саудовской Аравии в Арабском мире [2; 3].
6 Отметим, что в последнее время градус противостояния между катарско-турецким и саудовско-эмиратским блоками несколько снизился. Произошло определенное сближение между Эр-Риядом и Дохой, включающее обмен визитами и подписание двусторонних договоров. Улучшились отношения между Саудовской Аравией и Турцией, что выразилось, например, в росте саудовских инвестиций в турецкую экономику.
7 Саудовская Аравия, по всей видимости, сочла нецелесообразным вести активную войну на два фронта (с катарско-турецким и ирано-шиитским альянсами) и решила сосредоточиться на последнем фронте. С другой стороны, в последнее время наблюдается рост саудовско-эмиратских (ОАЭ) противоречий. Тем не менее, противостояние между катарско-турецким и саудовско-эмиратским блоками продолжается (хотя и не в столь острой форме, как ранее), что можно видеть на примере последних событий в Судане.
8 Рассмотрим подробнее продолжающуюся борьбу катарско-турецкого и саудовского-эмиратского блоков за региональное лидерство в важнейшем государстве региона - Республике Судан.
9 КАТАР И ТУРЦИЯ В СУДАНЕ
10 В октябре 1993 г. Омар аль-Башир провозгласил себя президентом Судана, установив авторитарную систему управления, в которой доминировали исламисты. Во время многолетнего правления О.аль-Башира (1993-2019) Судан поддерживал тесные отношения с региональными покровителями «Братьев-мусульман» - Турцией и Катаром. Приход к власти «Братьев-мусульман» и аффилированных к ним движений в период событий «арабской весны» в Египте, Тунисе, Марокко и Ливии укрепил позиции суданских «братьев» и, соответственно, Катара и Турции.
11 Роль Дохи во внутренней политике Судана активно проявилась во время мирных переговоров по Дарфуру. Катарские дипломаты организовали переговоры между правительством Судана и повстанческими движениями в Дарфуре в 2008 г., результатом которых стал Дохинский документ о мире в Дарфуре (DDPD) [4]. Когда Международный уголовный суд в марте 2009 г. предъявил аль-Баширу обвинение в совершении преступлений против человечности в конфликте против жителей неарабских племен в западной провинции Дарфур, правительство Турции выступило против этого решения, утверждая, что западные страны вмешиваются во внутренние дела Судана.
12 Отношения между Хартумом и Дохой развивались весьма динамично. Катар стал самым крупным арабским донором Судана, выделив ему в 2013 г. гранты и кредиты на сумму в $500 млн и предоставив еще $1 млрд в апреле 2014 г. В августе 2014 г., вскоре после визита президента аль-Бащира в Доху, Катар выдал Судану кредит в размере $1,22 млрд (500 млн для оплаты импорта товаров из Катара и более 700 млн Центральному банку Судана для стабилизации валютного курса). Более того, в ноябре того же года Хартум и Доха подписали договор о военно-техническом сотрудничестве, включавший обмен военными технологиями, проведение совместных учений и т.д. [5, с. 44].
13 Первая эффективная попытка Турции укрепить отношения с Суданом была предпринята путем создания совместной министерской комиссии, которая разработала в ходе своих заседаний в Хартуме в ноябре 2013 г. ряд экономических соглашений между обеими странами. Эти соглашения предусматривали партнерские отношения в области сельского хозяйства, животноводства, технологий, образования, науки, транспорта, горнодобывающей промышленности, электроэнергетики, информационных систем, государственного управления и образования. Также был подписан меморандум о взаимопонимании в отношении сотрудничества в области добычи нефти и газа.
14 Затем в 2014 г. было заключено соглашение о поощрении инвестиций в обеих странах, в рамках которого, стороны договорились о создании свободных зон в Судане, чтобы иметь прочную основу для экономических связей между Суданом и Турцией и увеличения товарооборота между ними. Это соглашение явилось одним из крупных проектов по привлечению иностранного капитала в страну. В частности, Соглашение о двустороннем сельскохозяйственном сотрудничестве и партнерстве между Турцией и Суданом 2014 г. предусматривало создание совместной компании с капиталом в $10 млн (с долей в 80% у Турции и 20% - у Судана) для реализации сельскохозяйственных проектов на площади 793 тыс. га [6].
15 В отличие от Катара и Турции, которые в течение последний двух десятков лет предпринимают попытки усилить свое влияние в регионе Африканского Рога, другой региональный игрок в лице Саудовской Аравии пытается укрепить свои позиции с 1960-х гг. с переменным успехом. Отметим, что, помимо Катара и Турции, непосредственную угрозу продвижению саудовских интересов на протяжении предыдущих нескольких десятилетий представлял Иран, который рассматривал Африканский Рог в качестве плацдарма для материально-технической поддержки хуситского движения в соседнем с Саудовской Аравией Йемене [7, p. 126].
16 Борьба за региональное лидерство приобрела особую важность после событий «арабской весны», когда на геополитической арене активизировался новый игрок - катарско-турецкий альянс. Усиливающееся присутствие Турции и Катара в Судане вынудило Эр-Рияд к действиям, направленным на нивелирование новой угрозы.
17 В качестве реакции на судано-турецко-катарское сближение Саудовская Аравия совместно с ОАЭ в 2014 г. предприняли ряд шагов направленных на укрепление отношений с Суданом, пообещав финансовую поддержку [8]. Принятие финансовой помощи от саудовцев и эмиратцев для Судана оказалось вынужденным, поскольку страна испытывала нехватку наличных денег после потери большей части своих запасов нефти в результате отделения Южного Судана.
18 Внешний долг Хартума также достиг внушительных размеров. По данным МВФ, в 2013 г. он достигал почти $45 млрд, или 88% ВВП и 800% от годового объема экспорта [9, с. 31]. В ответ в течение нескольких месяцев после начавшегося в 2015 г. возглавляемого Саудовской Аравией наступления на Йемен Судан направил от 6 тыс. до 10 тыс. своих военнослужащих для поддержки коалиции (которые составили костяк пехотных подразделений коалиции) в обмен на выплату жалования солдатам, прямые депозиты в казну суданского государства и субсидии на основные товары потребления [10].
19 По некоторым данным, направленные Хартумом подразделения - «Силы оперативной поддержки» (CОП, RSF - Rapid Support Forces) - не были частью регулярной армии Судана и рекрутировались из некоторых племен Северного Дарфура. Они подчиняются не Министерству обороны, а Национальной службе разведки и безопасности (НСРБ - National Intelligence and Security Service), которая использовала их в качестве ударных войск в Дарфуре, где их обвиняют в преступлениях против гражданского населения [11].
20 По некоторым данным, в 2016 г. Саудовская Аравия предоставила Судану военную помощь на сумму около $5 млрд, а также увеличила инвестиции в сельскохозяйственный сектор [12, p. 14]. Саудовско-эмиратская помощь экономике Судана в 2018 г. достигла около $7 млрд [13].
21 Соперничество между двумя альянсами обусловлено геостратегическими экономическими и военными интересами.
22 В военном отношении Судан является важнейшим плацдармом для переброски военных формирований и техники в Ливию. Большое значение имеет береговая линия Красного моря Судана, которая включает крупные порты и объекты по экспорту нефти. В результате налаживания контактов с суданским правительством во владение компаний из Саудовской Аравии и ОАЭ перешла бόльшая часть арендованных земель в Судане, которые они использовали для производства продовольственных культур, люцерны и биотоплива, и которые в сумме составили больше, чем все внутренние инвестиции в агробизнес [14].
23 Несмотря на укрепление саудовско-эмиратских позиций в Судане, сотрудничество Хартума с Турцией и Катаром продолжилось. Одним из примеров является совместная тренировка вооруженных сил Турции и Судана в порту Порт-Судан в июне 2015 г [15]. Более того, силы национальной полиции Турции ежегодно проводили различные учебные курсы для сотрудников полиции Судана в рамках сотрудничества в области безопасности между двумя странами. В целом, более 3800 суданских офицеров прошли подготовку в Турецкой национальной полиции.
24 В декабре 2017 г. президент Турции Р.Т.Эрдоган совершил второй визит в Судан (первый состоялся в 2006 г., когда он был премьер-министром). Визит был подкреплен экономическими мотивами, поскольку его сопровождала делегация, состоящая из 150 бизнесменов. По итогам переговоров обе стороны подписали 12 соглашений о сотрудничестве на общую сумму $650 млн [10]. Во время ответного визита в Турцию президент Судана О.аль-Башир подтвердил намерения о дальнейшем взаимодействии, и более того, предложил увеличить товарооборот между двумя странами до $1 млрд в течение одного года а в долгосрочной перспективе - до $10 млрд [16].
25 Согласно отчету, опубликованному Министерством инвестиций Судана, объем турецких инвестиций в стране с 2000 по 2017 гг. составил $2 млрд. В нем также указывается, что в Судане насчитывается 288 турецких инвестиционных проектов [17].
26 В том же 2017 году Р.Т.Эрдоган совместно с О.аль-Баширом, а также с начальником штаба ВС Катара генерал-лейтенантом Г.бин Шахином Аль-Ганимом и его турецкими и суданскими коллегами - генералом Хулуси Акаром и генерал-лейтенантом Э.ад-Дином Мустафой Адави приняли участие в открытии в Хартуме фабрики по производству военной формы для суданской армии. Фабрика военной и гражданской одежды Soor совместно финансируется Катаром, Суданом и Турцией [18]. Год спустя Судан подписал соглашение с Катаром и Турцией на сумму $4 млрд о развитии порта Суакин и постройке небольшого турецкого военно-морского объекта. Это отражало стремление катарско-турецкого альянса укрепить свои позиции в Красном море, а также противостоять военно-морскому присутствию Саудовской Аравии и ОАЭ на Африканском Роге [19].
27 В дальнейшем нежелание О.аль-Башира разорвать отношения с Катаром и Турцией, вероятно, объясняет нейтральную позицию Судана в дипломатическом кризисе вокруг Катара в 2017 г. Это вызвало недовольство Саудовской Аравии, которая в отместку прекратила выплачивать жалованье суданским солдатам, принимавшим участие в боевых действиях в Йемене в рамках возглавлявшейся Саудовской Аравией операции «Буря решимости» и «Возрождение надежды». Усилия соседнего Египта по сохранению дружеских отношений Судана с саудовцами и эмиратцами оказались тщетными. Более того, получение Суданом катарского кредита в размере $2 млрд окончательно убедило правительства Саудовской Аравии и ОАЭ в необходимости замены режима О.аль-Башира [20].
28 ПРОТЕСТЫ В СУДАНЕ И ВОЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ
29 В начале декабря 2018 г. ОАЭ прекратили поставки топлива в Судан. Столкнувшись с острой нехваткой иностранной валюты, глубоким дефицитом и огромным долгом, аль-Башир сократил субсидии на хлеб, спровоцировав первые демонстрации, развернувшиеся в дальнейшем в полномасштабный государственный переворот.
30 24 декабря 2018 г. генерал М.Хамдан Дагло (известный как «Хемедти»), глава «Сил оперативной поддержки», выступил в поддержку требований демонстрантов [7, p. 126]. Демонстрации не ослабевали, и в середине февраля 2019 г. глава НСРБ Салах Гош при посредничестве ОАЭ предложил аль-Баширу покинуть пост, но он отказался. Эмиратцы начали обращаться к оппозиционным группам; то же самое сделал С.Гош, который посетил видных лидеров оппозиции в тюрьме.
31 7 апреля 2019 г., на следующий день после того, как демонстранты начали сидячую забастовку перед штабом ВС, генерал Д.аль-Дин эль-Шейх, заместитель главы службы безопасности, возглавил делегацию военных и сотрудников разведки в Каире, где он обратился за поддержкой к Египту, Саудовской Аравии и ОАЭ для осуществления государственного переворота в Судане. Затем эти три страны, как сообщается, связались с генералом А.Фаттахом аль-Бурханом, который координировал операции суданских военных в возглавляемой Саудовской Аравией коалиции в Йемене, и «Хемедти», который также был привлечен в качестве главы СОП.
32 Аль-Баширу при посредничестве Египта было предложено эвакуироваться в Саудовскую Аравию, на что последовал отказ. В ответ 11 апреля руководители военного аппарата и аппарата безопасности свергли аль-Башира, создав Переходный военный совет (ПВС) для управления страной [21]. Поддержка Эмиратов и Саудовской Аравии Переходного военного совета, пришедшего на смену аль-Баширу, придала смелости военным в критические недели, последовавшие за его падением, позволив ПВС подавить выступления демонстрантов 3 июня 2019 г., купировать революционные требования гражданского правления и обеспечить появление соглашения о разделении власти, в котором военные стали играть доминирующую роль [20].
33 Это событие в сочетании с военным переворотом дало возможность ОАЭ, Саудовской Аравии и Египту включить Судан в орбиту своего влияния, ослабив позиции катарско-турецкого альянса. Они поддержали ПВС и, в частности, «Хемедти», который уже приобрел значительные финансовые ресурсы в последний год правления аль-Башира благодаря развертыванию СОП в Йемене и экспорту суданского золота в Дубай [22; 23].
34 Отметим, что Саудовская Аравия и ОАЭ - основные потребители суданского золота [9, с. 33]. В течение 10 дней ОАЭ и Саудовская Аравия пообещали новому режиму прямую помощь в размере $6 млрд [24, p. 1520]. В то время как демонстранты продолжали сидячую забастовку, требуя радикальных политических перемен, Египет лоббировал интересы Судана в Африканском Союзе, чтобы не допустить приостановления его членства в организации.
35 После свержения аль-Башира военные в лице Переходного военного совета и гражданские лидеры в лице «Силы свободы и перемен» (гражданской коалиции) подписали соглашение о разделении власти, которое положило начало переходу к демократическому правительству под руководством премьер-министра Абдаллы Хамдока (гражданского представителя) и председателя правящего Переходного военного совета генерал-лейтенанта А.Фаттаха аль-Бурхана. Этот переход означал изменение внешней политики Судана. После свержения аль-Башира Турция, пытаясь вернуть часть утраченного влияния, встретилась с исламистскими лоялистами и предложила убежище некоторым членам бывшего правительства.
36 Вслед за подписанием конституционной декларации, в которой была изложена дорожная карта конституционной конференции и выборов, ОАЭ и Саудовская Аравия оказали поддержку новому правительству, предоставляя ежемесячно $200 млн наличными и товарные субсидии на вторую половину 2019 г. [25]. В соответствии с новым соглашением, правительство Судана, хотя и отчаянно нуждалось в наличных деньгах, отклонило предложение направить делегацию в Катар в обмен на финансирование в размере $1 млрд [20].
37 Несмотря на это, Катар и Турция не потеряли надежду на восстановление своего влияния в Судане. Так, в 2020 г. в связи со сложной эпидемиологической ситуацией Доха совместно с Анкарой профинансировали поставки медицинского оборудования и медикаментов для борьбы с пандемией COVID-19 [26]. Более того, Катар и Турция рекрутируют суданцев в добровольческие отряды для последующей переброски в Ливию, для борьбы на стороне Правительства национального согласия. Число суданских наемников, рекрутированных Анкарой и Дохой достигает 5 тыс. человек. Вербовка происходила за денежное вознаграждение и возможность получения вида на жительство в Катаре [27].
38 В апреле 2021 г. Судан восстановил дипломатические отношения с Катаром несмотря на давление Эмиратов и Саудовской Аравии. В конце мая 2021 г. министр иностранных дел Катара М.бен Абдурахман Аль Тани прибыл в Хартум для переговоров с суданскими официальными лицами о путях укрепления двусторонних отношений. В ходе визита министр встретился с главой Совета по суверенитету Судана генерал-лейтенантом А.Фаттахом аль-Бурханом, премьер-министром А.Хамдоком и другими высокопоставленные должностными лицами.
39 Катар выразил готовность поддержать Судан в дипломатических вопросах, в т.ч. касающихся «Великой плотины Возрождения Эфиопии» (GERD) и напряженности на границе с Эфиопией [28]. Месяцем ранее аль-Бурхан посетил Доху для переговоров с эмиром Катара шейхом Т.бен Хамадом Аль Тани. По данным Министерства инвестиций Судана, инвестиции Катара в Судан оцениваются в $3,8 млрд [29].
40 В августе 2021 г. председатель Совета по суверенитету Судана генерал-лейтенант А.Фаттах аль-Бурхан (являющийся также главой Вооруженных сил) посетил с двухдневным официальным визитом Турцию по приглашению президента Турции Р.Т.Эрдогана. Лидеры подписали 6 соглашений: по военным вопросам, международным отношениям, энергетическим ресурсам, в сфере экономики, сельского хозяйства и средств массовой информации [30; 31].
41 ОЧЕРЕДНОЙ ВОЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ
42 В конце сентября 2021 г. бывшие чиновники и военнослужащие, долгое время работавшие при режиме О.аль-Башира и оказавшиеся после его падения вне системы, предприняли попытку военного переворота.
43 Дело в том, что соглашение между лидерами гражданской коалиции и военными предусматривало после свержения О.аль-Башира начало переходного процесса, рассчитанного на 3 года и 3 месяца. Совет по суверенитету должен был возглавляться военным деятелем в течение 21 месяца, а затем гражданским лидером - в течение 18 месяцев. Передача планировалась на ноябрь 2021 г.
44 Однако разногласия между военными и гражданскими лидерами привели к противостоянию внутри суданского общества, расколовшегося на два лагеря. Премьер-министр Судана А.Хамдок попытался провести переговоры между гражданскими и военными группами после сентябрьской попытки государственного переворота, но безрезультатно. В итоге, следующая попытка, предпринятая в октябре-ноябре 2021 г., привела к тому, что военные во главе с А.Ф.аль-Бурханом («Хемедти») захватили власть. На следующий день после переворота военные заявили, что их действия были оправданы, чтобы избежать гражданской войны в Судане [32].
45 Однако американские источники утверждают, что факторами, побудившими военных остановить переход к демократии, стали боязнь попасть под военный трибунал из-за национальных и/или международных военных преступлений над суданским народом и риск потери контроля над торговлей золотом [33]. Более того, после передачи председательства в Совете по суверенитету гражданскому лицу аль-Бурхан и «Хемедти» рисковали потерять контроль над национальным бюджетом.
46 Премьер-министр А.Хамдок отказался заявлять о поддержке переворота и 25 октября призвал к народному сопротивлению. 26 октября он был переведен под домашний арест, а большинство членов кабинета правительства были арестованы. Столкнувшись с внутренним и международным сопротивлением, аль-Бурхан 28 октября заявил о своей готовности восстановить кабинет Хамдока. В итоге, 21 ноября 2021 г. Хамдок и аль-Бурхан подписали соглашение из 14 пунктов, которое восстановило Хамдока в должности премьер-министра и предусматривало освобождение политических заключенные. Впоследствии непризнание гражданской коалицией соглашений с военными и рост народного недовольства вынудили Хамдока подать в отставку в январе 2022 г [34].
47 Отметим, что конфликт между гражданскими и военными лидерами разгорелся из-за тяжелой экономической ситуации, в которой Судан пребывал, в т.ч. и из-за американских санкций, которые не были окончательно сняты.
48 Свержение режима О.аль-Башира в 2019 г. сопровождалось надеждами, что военная элита, поддерживаемая Саудовской Аравией и ОАЭ, сумеет наладить экономические отношения с США. Однако разделение власти с гражданскими лидерами, часть из которых состояла из представителей прежнего режима, затрудняло достижение целей военной элиты. В стране росли протестные настроения, выраженные недовольством усиления саудовского и эмиратского влияния в стране и боязнью наступления военной диктатуры по примеру Египта. В этой связи представляется важным, что ОАЭ поддержали военный переворот в октябре 2021 г., выступив против власти гражданских представителей в стране [35].
49 Надеясь на снятие американских санкций с Хартума, ОАЭ активно поощряли Судан к признанию Израиля, особенно после того, как эмиратцы сами подписали мирный договор с израильтянами. ОАЭ организовали секретную встречу между премьер-министром Израиля Б.Нетаньяху и генералом аль-Бурханом в начале 2020 г., на которой отсутствовал премьер-министр А.Хамдок. Усилиями Египта и ОАЭ, Судан подписал мирный договор с Государством Израиль 23 октября 2020 г. В итоге, 14 декабря 2020 года правительство США объявило об исключении Судана из списка государств-спонсоров терроризма, что вело к снятию целого ряда торговых отношений и прощению многочисленных долгов [36].
50 ЗАКЛЮЧЕНИЕ
51 Проведенное нами исследование демонстрирует продолжение противостояния между катарско-турецким и саудовско-эмиратским блоком за влияние в Республике Судан. Позиции Катара и Турции укреплялись благодаря их военной и финансовой поддержки суданского правительства, находившегося в тяжелой социально-экономической ситуации и в кризисе отношений с Южным Суданом. Более того, 30-летнее нахождение у власти режима О.аль-Башира, симпатизировавшего местному отделению «Братьев-мусульман» значительно усилили влияние катарско-турецкого блока как их основного покровителя. Однако в результате суданского переворота 2018-2019 гг. (к запуску которой саудовско-эмиратский блок приложил свои усилия) позиции турецко-катарского альянса в этой стране оказались очень ослабленными.
52 Свержение режима О.аль-Башира позволило саудовско-эмиратскому блоку включить Судан в орбиту своего влияния. Но дальнейшее развитие событий показало, что Турция и Катар окончательно уходить из Судана не собираются и готовы продолжить борьбу за восстановление своего влияния в этой стране.

Библиография

1. Yaghi M.A. 2018. Comparative Analysis of the role of Saudi Arabia, Qatar and United Arab Emirates in the Syrian Crisis / Paper presented at 2018 Gulf Research Meeting. 31 July - 3 August 2018, University of Cambridge. Pp. 1-40.

2. Васильев А.М., Хайруллин Т.Р., Коротаев А.В. Новый альянс в борьбе за лидерство в арабском регионе. Азия и Африка сегодня. 2019. № 10. с. 2-9. DOI: 10.31857/S032150750006519-2

3. Хайруллин Т.Р. Борьба за лидерство в арабском регионе. Есть ли шанс для исламистов? М., ИАфр РАН, 2019. 214 с. ISBN 978-5-91298-243-9.

4. Khayrullin T.R. 2019. The Struggle for Leadership in the Arab region. Do Islamists have a chance? Moscow) (In Russ.) ISBN 978-5-91298-243-9.

5. Katzman K. 2019. Qatar: Governance, security, and US policy. Washington.

6. Костелянец С.В. Региональная политика Судана в контексте арабского кризиса. Азия и Африка сегодня. 2015. № 7. С. 42-46.

7. Horizons of Sudanese -Turkish Relations. 2017. https://sudanow-magazine.net/page.php?subId=8&Id=318 (accessed 10.01.2022)

8. Donelli F., Dentice G. 2020. Fluctuating Saudi and Emirati Alignment Behaviours in the Horn of Africa. The International Spectator. Vol. 55, №. 1. DOI: 10.1080/03932729.2019.1706389

9. Custers D. 2020. Sudan’s Transitional Process in the Face of Regional Rivalries https://blogs.lse.ac.uk/mec/2020/11/20/sudans-transitional-process-in-the-face-of-regional-rivalries/ (accessed 12.01.2022)

10. Костелянец С.В. Судан после раздела страны: поиск путей преодоления кризиса. Азия и Африка сегодня. 2014. № 10. С. 31-35.

11. Kabandula A., Shaw T.M. 2018. Rising powers and the horn of Africa: conflicting regionalisms. Third World Quarterly. Vol. 39. №. 12. DOI: 10.1080/01436597.2018.1527684

12. Prunier G. 2018. Gulf Countries and Turkey Pitch Against Each Other... in Africa https://orientxxi.info/magazine/gulf-countries-and-turkey-pitch-against-each-other-in-africa,2772 (accessed 10.01.2022)

13. Bishku M.B. 2019. The Muslim Middle East and Northeast Africa: The Interaction of Geopolitics, Economic Interests, and Regional Rivalry. Journal of Global South Studies. Vol. 36. №. 1. DOI: 10.1353/gss.2019.0002

14. Abbas W. 2018. UAE pumps in Dh28b for Sudan's development, fiscal stability https://www.khaleejtimes.com/uae-pumps-in-dh28b-for-sudans-development-fiscal-stability (accessed 12.01.2022)

15. Custers D. 2020. Sudan’s Transitional Process in the Face of Regional Rivalries https://blogs.lse.ac.uk/mec/2020/11/20/sudans-transitional-process-in-the-face-of-regional-rivalries/ (accessed 10.01.2022)

16. Shay S. 2018. Turkey - Sudan strategic relations and the implications for the region https://www.idc.ac.il/he/research/ips/ documents/publication/5/shaul_shay_turkeysudan11_01_18a.pdf (accessed 12.01.2022)

17. Kucukgocmen A., Abdelaziz Kh. Turkey to restore Sudanese Red Sea port and build naval dock 26.12.2017. https://www.reuters. com/article/us-turkey-sudan-port-idUSKBN1EK0ZC (accessed 10.01.2022)

18. Turkey seeks to boost trade volume with Sudan to $10B. 2017. https://www.aa.com.tr/en/africa/turkey-seeks-to-boost-trade-volume-with-sudan-to-10b/1014076 (accessed 12.01.2022)

19. Sudan president, Qatar’s Defence Minister open Sur clothing factory. 09.01.2017. https://www.gulf-times.com/story/527408/Sudan-president-Qatar-s-Defence-Minister-open-Sur- (accessed 10.01.2022)

20. Knopf P. 2018. South Sudan's civil war and conflict dynamics in the Red Sea. - Special Report 431. Washington.

21. Gallopin J.-P. 2019. The Great Game of the UAE and Saudi Arabia in Sudan https://pomeps.org/the-great-game-of-the-uae-and-saudi-arabia-in-sudan (accessed 12.01.2022)

22. Magdy S. As Sudan uprising grew, Arab states worked to shape its fate. 08.05.2019. https://apnews.com/article/ap-top-news-qatar-international-news-omar-al-bashir-saudi-arabia-e30e894617cf4dfb9a811af2df22de93 (accessed 10.01.2022)

23. Kent R. Exposing the RSF’s Secret Financial Network. 09.12.2019. https://www.globalwitness.org/en/campaigns/conflict-minerals/exposing-rsfs-secret-financial-network/ (accessed 12.01.2022)

24. Walsh D., Amid U.S. Silence, Gulf Nations Back the Military in Sudan’s Revolution. 26.04.2019. https://www.nytimes. com/2019/04/26/world/africa/sudan-revolution-protest-saudi-arabia-gulf.html (accessed 10.01.2022)

25. Miller R., Cardaun S. 2020. Multinational security coalitions and the limits of middle power activism in the Middle East: the Saudi case. International Affairs. Vol. 96. №. 6. DOI: 10.1093/ia/iiaa158

26. De Waal, A. 2019. Sudan: A Political Marketplace Framework Analysis. https://sites.tufts.edu/reinventingpeace/files/2019/07/Sudan-A-political-market-place-analysis-final-20190731.pdf (accessed 12.01.2022)

27. Aksut F. 2020. Turkey, Qatar aid Sudan's fight against COVID-19 https://www.aa.com.tr/en/africa/turkey-qatar-aid-sudans-fight-against-covid-19/1966055 (accessed 10.01.2022)

28. Redondo R. Qatar and Turkey may be recruiting over 5,000 Somalis to fight in the Libyan war. 03.08.2020. https://atalayar.com/en/content/qatar-and-turkey-may-be-recruiting-over-5000-somalis-fight-libyan-war (accessed 12.01.2022)

29. Kouskouvelis I., Zarras K. 2019. Cairo and Riyadh, Vying for Leadership. Middle East Quarterly. Vol. 26. № 2.

30. Abdulrahim A. 2021. Qatari FM visits Sudan to discuss bilateral ties https://www.aa.com.tr/en/politics/qatari-fm-visits-sudan-to-discuss-bilateral-ties/2252181 (accessed 10.01.2022)

31. Sudan and Turkey sign joint communiqué. 13.08.2021. https://www.dabangasudan.org/en/all-news/article/sudan-and-turkey-sign-joint-communiqué (accessed 12.01.2022)

32. Abdelaziz Kh. Sudan's Burhan says army ousted government to avoid civil war. 26.10.2021. https://www.reuters.com/ world/africa/telecommunications-interrupted-sudan-after-coup-2021-10-26/ (accessed 12.02.2022)

33. Walsh D., Dahir A.L., Marks S. Sudan's Military Seizes Power, Casting Democratic Transition Into Chaos. 25.10.2021. https://www.nytimes.com/2021/10/25/world/africa/sudan-military-coup.html (accessed 14.02.2022)

34. Elassar A., Meilhan P. Sudan's Prime Minister resigns amid violent anti-coup protests that have left at least 57 people dead. 02.01.2022. https://edition.cnn.com/2022/01/02/world/sudan-protest-killed-anti-coup-security-forces/index.html (accessed 12.02.2022)

35. Dorsey J.M. Sudan And The UAE: Pulling Sudanese Strings - Analysis. 03.11.2021. https://www.eurasiareview.com/03112021-sudan-and-the-uae-pulling-sudanese-strings-analysis/ (accessed 14.02.2022)

36. Coward N.F., Hamilton M., Tovar A. US Government Removes Sudan from State Sponsor of Terrorism list. 18.12.2020. https://sanctionsnews.bakermckenzie.com/us-government-removes-sudan-from-state-sponsor-of-terrorism-list/ (accessed 12.02.2022)

Комментарии

Сообщения не найдены

Написать отзыв
Перевести